Боевой листок в газете "Колхозная заря", Жердевский район

Наши земляки о войне и о победе

Иван Яковлевич Коржов:
«Завод работал круглые сутки. Солдаты моей роты днём и ночью находились в цехах. Готовые танки из ворот завода с танкистами уходили на фронт, на передовые позиции в бой»
Дмитрий Данилович Василенко:
 «Представьте, какую злость придаёт человеку картина, когда на глазах гибнут товарищи, когда уничтожается каждый, кто посмеет оторвать голову от земли»
Владимир Романович Баранов:
«Лютая ненависть к фашистам кипела в груди. Опять матерый враг проверял силу и крепость нашего духа»
Михаил Алексеевич Авдеев:
«А тогда было так – кто кого: если не я, то меня…»
Николай Семенович Леонов:
«Война – это тяжёлая, грязная работа. И у каждого солдата был свой передний край»
Николай Фёдорович Ватолин:
«Ребята нашей роты работали, как заведённые, не обращая внимания на взрывы, на гибель товарищей»
Александр Ефимович Румянцев:
«Мы были молоды, рвались в бой»
Василий Никитич Коновалов:
«Я видел сожжённые немцами селения, трупы замученных мирных жителей, детей. В одном из домов все стены были залиты кровью. Всё это вызывает жгучую ненависть к врагу»
Семён Сергеевич Дроков :
«Нашим войскам был отдан приказ овладеть польским городом Люблин. Стоит ли говорить о том, с каким ожесточённым упорством враг оборонял город»
Мария Филипповна Лядов:
«Никто не жаловался, все понимали – война»
Аркадий Васильевич Платицин:
«Попав в Берлин в самые последние дни боёв и первые дни мира, мы имели возможность своими глазами видеть логово поверженного врага»
Сергей Васильевич Ярославцев:
«Уже на заре взяли намеченную высоту, но в результате кровопролитного боя от всей роты остался только я с товарищем»
Василий Николаевич Эктов:
«Людей за содействие, помощь раненым бойцам Красной армии расстреливали, травили собаками»
Клавдия Владимировна Антонова :
«Сначала очень тяжело, прям до слёз, было. Трактор дали У-2 – мотор да колёса, кабины совсем нет»
Борис Иванович Зайцев:
«Войну встретил в Новоборисове, в Белоруссии. Дрались с немцами и отступали, отступали и наступали»
Иван Гаврилович Селиванов:
«Наш расчет был интернациональный: русский, украинец, казах, чуваш. Доверяли друг другу, ели, пили из одного котелка, охраняли друг друга»
Тамара Ивановна Михайличенко:
«Первое время все бежали в бомбоубежища, а позже просто прятались, кто где мог»